Jon Lord Interview

В детстве каждый второй пацан из моего двора хотел быть Ричи Блэкмором. Гитарки, одна хуже другой, были у многих, — они не держали строй, да и как настроить не все знали, но что-то похожее на рифф из «Smoke On The Water» изобразить удавалось. Особо настырные пиликали на первой струне сольную партию из «Highway Star», понятия не имея, что такое синкопы.

Текст: Валерий Постернак и Ник Макаров
Фото: Лена Авдеева/PHOTORAMA 

Некоторые мечтатели отращивали волосы и, врубив дома на полную мощность запись альбома «In Rock», воображали себя Иеном Гилланом. Мне хотелось быть, как Пейс, бредил барабанами, недолго. Отец подарил мне электрогитару.

Но никто не хотел быть Джоном Лордом.

И дело тут не в антипатии к этому музыканту. Отнюдь нет. Просто никто не понимал и даже в самых сокровенных мечтах не мог представить, как можно сыграть что-то похожее. Один приятель по воле родителей занимался в музыкальной школе, терзал пианино. А мы, прикидывая гипотетические составы будущей группы, — которая обязательно должна была быть, тут никто не сомневался, — ссорились из-за роли гитариста, но этому приятелю обязательно отводили роль Лорда. Без этого группа была бы не группа, и затевать что-то без органа было бессмысленно. Однако дружок наш разводил руками: я, конечно, попробую, только понятия не имею, как Лорд это играет. Он умудрился поставить запись Deep Purple своей учительнице в музыкальной школе. Та внимательно послушала, улыбнулась: учи гаммы. Вот это было непонятно. Зачем тратить время на всякие пустяки, если нужно вот так, как Джон Лорд? Лишь бы кто-то показал, лишь бы кто-то открыл секрет.

Джон Лорд (Jonathan Douglas Lord, или Jon Lord) родился 9 июня 1941 года в Лестере, Англия. С пяти лет начал заниматься игрой на фортепиано. В 1960 году переехал в Лондон. В это время уже играл в разных паб-группах и сольно. По его словам, любовь к музыке Баха и Эдварда Элгара он старательно пытался совмещать с джазовыми приемами культовых блюзовых органистов Джимми Смита и Джека Макдаффа, что вместе давало неожиданный результат — агрессивная синкопированная блюзовая импровизация органично вплеталась в баховскую монументальность. Как сейчас принято считать, Лорд стал первым в Великобритании экспериментатором такого толка, что в дальнейшем оформилось в классическое звучание, характерное для хард-рока 60—70-х.

Зимними вечерами мы сидели у кого-нибудь дома, в миллионный раз слушали «Machine Head» и чесали языками.

— Попасть бы на концерт.
— Да ладно тебе, губу раскатал.
— Это невозможно.
— Да…
— Этого не будет, потому что не будет.

Рассматривали картинки на обложке пластинки. Увидеть Ричи Блэкмора или Джона Лорда на концерте, живьем? Нет, такого в нашей жизни быть просто не может.
— А представляете, поговорить…

Тут все начинали смеяться.

Далеко не все из тех моих друзей дожили до наших дней. Да что там, даже до первого приезда Deep Purple в Россию — растерялись по тюрьмам, в Афганистане, убили себя водкой или тем, что тогда у нас называлось ширкой. Мне повезло. Я — здесь и сейчас и разговариваю с Джоном Лордом. В этом разговоре, возможно, не столько журналистская надобность, сколько один из странных поворотов судьбы — детские мечты сбываются. Даже если ты о них уже забыл. И не перед кем похвастать.

Джона Лорда приглашает группа The Kinks для записи партии органа в песне «You Really Got Me», ставшей хитом, а сейчас — классикой рок-н-ролла. Лорд сотрудничает с джазовым ансамблем Bill Ashton Combo, вместе с вокалистом Артуром «Артом» Вудом, до этого певшим
у Алексиса Корнера, основывает группу The Artwoods. Сингл «I Take What I Want» даже
занимает 28-е место в национальном чарте. В 1967 году Лорд создает группу
Santa Barbara Machine Head, в составе которой на гитаре играет Ронни Вуд (брат Арта Вуда),
сотрудничает с The Flower Pot Men, где знакомится с Ником Симпером.

В том же 1967-м бизнесмен Тони Эдвардс решает вложить деньги в современную музыку. Находясь под впечатлением игры Джона Лорда, он предлагает собрать группу. Лорд знакомится с Ричи Блэкмором и приглашает его, а также Ника Симпера, поучаствовать в новом проекте. На роль барабанщика планируется Бобби Вудман, но вокалист Род Эванс, прошедший отбор в группу, приводит с собой Йена Пейса. Сначала коллектив называется Roundabout,
но в марте 1968 года появляется название Deep Purple.

В таком составе Deep Purple записали несколько альбомов, в целом неплохо принятых публикой и критиками. Кавер-версия песни Джо Сауза «Hush» добралась до 4-го места чарта Billboard, пластинка «The Book of Taliesyn» — до 38-го. Но настоящий прорыв случился, когда в группу пришли Йен Гиллан (вокал) и Роджер Гловер (бас) и уже с ними был записан альбом «In Rock».
Второй состав Deep Purple, считающийся каноническим для этой группы, выпустил ряд успешных альбомов, оставив целый список песен, навсегда вписанных в историю рок-музыки. В 1973 году
из группы ушли Йен Гиллан и Роджер Гловер, а их места заняли Дэвид Ковердейл и Гленн Хьюз; в  1975 году сольной карьерой занялся Ричи Блэкмор,
которого на короткий срок заменил Томми Болин.
Вскоре группа распалась.

Ему скоро 70 лет, но он подтянут и необычайно активен. Удивительно стройная фигура подчеркнута черными джинсами, черным блейзером и черным пиджаком. В такой рамке его седина смотрится особенно убедительно. Вот только знаменитых усов нет. Смеется, шутит, потягивает пиво из бокала и внимательно рассматривает меня и Ника.

— Отличный костюм, — бросает он мне, пока я настраиваю диктофон, — вы не англичане, случайно?
— Нет, из Англии только костюм, — заверяю его я.
— Это хорошо, — хитро улыбается Джон Лорд, — значит, вам есть что рассказать. С трудом представляю, что еще такого я мог бы сейчас сказать английским журналистам.
— В английских журналах я все же вижу твои интервью и сейчас, — сообщает Ник.
— Да уж… Они все еще надеются узнать нечто такое, о чем никто не знает. Я уверен, что вы можете рассказать мне про Джона Лорда больше, чем я сам. Вот какой интересный факт ты знаешь про меня? — обращается вдруг ко мне.
— Еще в детстве я слышал, что после одного концерта из машины, которая перевозила аппаратуру, выпал твой знаменитый орган и вдребезги разбился. Было такое?
— Да, точно было! Давно, кажется, году в 1971 или 1972, точно не вспомню, в Нью-Йорке. Вы будете смеяться, но это произошло прямо посередине моста Джорджа Вашингтона. Наш тур-менеджер забыл плотно закрыть заднюю дверь в фургоне, где мы перевозили все наши инструменты, она в какой-то момент открылась, и орган вывалился прямо на мост. Разлетелся на куски.
— Переживал?
— Еще как.
— Что сделал?
— Купил себе новый.
— Сразу?
— Ну нет, мы зарабатывали не так много, чтобы сразу выложить такую сумму. Свой следующий орган я купил в 1973 году. Он и по сей день исправно служит Deep Purple — теперь Дон Эйри колесит с ним по миру и внимательно за ним присматривает.
— Это тот самый Hammond, который тебе продала Кристин Макви?
— Да. Стоит сказать, что это случилось задолго до того, как Fleetwood Mac записали альбом «Rumours» и стали неслыханно богатыми. А в 1973 году у Кристин не было ни копейки, и она охотно предложила мне свой орган, сделав хорошую дружескую скидку.
— Я впервые услышал альбом «In Rock» в пятнадцать лет… — начинаю я.
— Ну, так же, как и мне, примерно. Мы было четырнадцать лет на тот момент, так что ты был чуть старше меня, — вдруг заявляет Джон, хитро смотрит на меня, а потом громко смеется.

Очередное воссоединение Deep Purple случилось в 1984 году. В этом промежутке Джон Лорд играл в Whitesnake, сочинял музыку для телесериала «Country Diary of an Edwardian Lady», помогал записывать альбомы Джорджу Харрисону, Кози Пауэллу и Дэвиду Гилмору. Еще до роспуска Deep Purple Лорд выпускал сольные альбомы и совместные с Тони Эштоном,
играл на пластинках Мэгги Белл и Nazareth.

В 1984 году возобновленные в классическом составе (втором) Deep Purple выпустили альбом «Perfect Strangers», с восторгом принятый публикой и уже в апреле 1985 получивший статус платинового в США и золотого в Великобритании. Но после этого успеха дела группы пошли не так, как, видимо, задумывались при реюнионе. Она стабильно гастролировала и записывала альбомы, но составы менялись, музыка стала больше походить на конвейерную продукцию и позже, по признанию самого Лорда, никакого удовлетворения не приносила.

 Дедушка веселится. Мастер в отличном настроении и не прочь повалять дурака. Делает глоток из стакана и опять смеется. Ладно, зайдем с другой стороны.

— Слушай, вот альбом «Concerto for Group and Orchestra» не стал коммерчески успешным, хотя лично ты вложил в него всего себя…
— Да, было дело. Но он не выстрелил, это правда.
— А следующая пластинка «In Rock» сразу стала успешной и сделала Deep Purple звездами. Не обидно было, что серьезную работу публика не приняла, а просто рок-номера, хоть и классно исполненные и с выдумкой аранжированные, обрели такую популярность?
— Сейчас легко рассуждать на эту тему. Хотя тогда это ставило в тупик. Впрочем, для меня никогда не существовало разницы между двумя этим работами, кроме как в стилях. Для меня все это одно — музыка. Вот уже 40 лет я живу с уверенностью, что если делать все от сердца, прилагать усилия и верить в то, что делаешь, то можно научиться соединять удивительные вещи. Все эти годы у меня было два ярко выраженных пристрастия — любовь к оркестровой музыке и любовь к року. Мне лишь необходимо было удачно сложить эти две вещи и получить конечный результат. Это то, чем я занимаюсь и по сей день. Я до сих пор вспоминаю, как мы сочиняли и записывали «In Rock». Он остается для меня самым любимым в творчестве Deep Purple. Не потому, что звучит лучше, чем какие-либо другие работы группы. Нам удалось найти свое творческое «я» в рок-музыке тех лет. Сравнивая эти два ранних альбома, не могу сказать, что один явился результатом другого.
— Некоторые критики писали, что после провала «Concerto for Group and Orchestra» вы специально резко сменили стиль.
— Не верь им, особенно, если они англичане, — опять смеется Джон Лорд, — они часто пишут, что, мол, мы записали «In Rock» и даже назвали свой альбом так потому, что устали от симфонического звучания, что нам хотелось стать настоящей рок-группой. А до этого кем мы были, симфоническим оркестром? Все это неправда.

В 2002 году Джон Лорд принял решения оставить Deep Purple и сосредоточиться на собственных проектах. Он возвращался к ритм-н-блюзовым корням с Jon Lord and the Hoochie Coochie Men, записывался с Фридой (ABBA), Элвином Ли (Ten Years After), Миллером Андерсоном, помогал закончить последний альбом Джорджа Харрисона «Brainwashed». И, конечно же, с удовольствием реализовывал свои амбиции на стыке симфонической музыки и современных форм. Последний альбом «To Notice Such Things» (2010) записан с Ливерпульским филармоническим оркестром — это шестичастная сюита для флейты, фортепиано и оркестра.

 — После успеха «In Rock» вам пришлось столкнуться с сопутствующими вещами, с тем, что сейчас принято обозначать классической формулой «sex, drugs and rock’n’roll»?
— А как же, пришлось. Но у нас была своя формула — много секса, рок-н-ролла и не слишком много наркотиков. И вообще, лучше из этой связки совсем вычеркнуть слово «наркотики», давайте лучше оставим только «секс» и «рок-н-ролл».
— Может, вставим туда слово «виски»?
— Разве что чуть-чуть. Или даже немного водки и пару бутылок пива — не больше. Знаете, жизнь — нелегкая штука, а уж тем более у музыкантов. Стоит иногда задумываться о собственном здоровье. Все мы знаем имена тех, кто уничтожил себя, тех, кого мы безвозвратно потеряли.
— Есть такие вещи, которые ты хотел бы поменять и сделать все совершенно по-другому, если бы была возможность вернуться в 60-е годы?
— Свою прическу, — смеется Лорд. — Я смотрю на свои старые фотографии, и мне совершенно не нравится моя прическа.

В 2011 году в составе супергруппы WhoCares (Тони Айоми, Йен Гиллан, Джейсон Ньюстед, Нико Макбрейн и Микко Линдстрем) Джон Лорд принял участие в записи песен «Out of My Mind»
и «Holy Water» специально для проекта в память жертв землетрясения в Спитаке (Армения).

Задумывается. Потом отвечает:

— Если серьезно, то каждый из нас, оглядываясь назад, наверное, иногда желал что-то изменить в прошлом. Но я вот что хочу сказать — музыка 60-х была свободной, у нас была уникальная возможность заниматься тем, чем мы хотели, без всяких правил и установок от звукозаписывающих компаний, зачастую нависающих над тобой, указывающих делать то, что в первую очередь необходимо им самим. Ведь это действительно необычно — полная свобода действий. Я думаю, что именно из-за этого музыкальный бизнес тех лет достиг таких вершин. Музыкантам разрешалось быть теми, кем они действительно хотели быть. Так что, может быть, я и не стал бы ничего менять, оставил все, как есть.
— Скажи, есть запись, в которой ты принимал участие, и о чем сейчас жалеешь? То есть, чтобы ее лучше и не было.
— Хм, таких, наверное, нет. Хотя уточню: Deep Purple или вообще?
— Остановимся на Deep Purple.
— Да, есть! «Slaves and Masters».
— Я тебя понимаю! — тут уже смеюсь я. На мой взгляд, совершенно тупой и необязательный альбом.
— Это вообще не Deep Purple! Альбом куда больше похож на Rainbow, вернее, на плохую версию Rainbow.
— Ты помнишь, когда заработал свои первые деньги музыкой и как их потратил?
— Помню. Это было в составе первой моей группы, с которой мы выступали в пабах Портсмута. За выступление я получил 5 фунтов, и, если не ошибаюсь, это замечательное событие произошло в 1964 году. Мой отец тогда зарабатывал 15 фунтовв неделю, а мне удалось заработать5 фунтовза один концерт. Так что, получается, на тот момент я был богаче, чем отец. Я очень гордился этим фактом.

Джон Лорд умер 16 июля 2012 года. Официальный диагноз — тромбоэмболия лёгочной артерии.

Я прошу Джона Лорда нарисовать автопортрет. Он берет фломастер, делает первые штрихи, потом улыбается:

— Лучше использовать серый фломастер. Иначе как мне точно нарисовать свои волосы?
— Во времена, когда ты записывал партию органа для «You Really Got Me» The Kinks, вполне обошелся бы и черным?
— Тогда да, — соглашается Лорд. — Знаешь, я тут встретил Рэя Дэвиса пару месяцев назад, и он мне напомнил о тех замечательных двух днях в студии, когда мы записывали эту песню. Пожалуй, это была первая запись The Kinks, где зазвучал Hammond.
— А вот этого парня узнаешь? — я подсовываю на подпись конверт альбома «In Rock», где внутри фотография молодого, черноволосого, усатого Джона Лорда. С прической, которая сейчас ему не нравится.
— Нет, кто это? — смеется музыкант. — Что-то я не припоминаю, чтобы в то время выглядел именно так.

Полчаса спустя мы с Ником тянем пиво в кафе возле рисепшена гостиницы. Чуть дальше с друзьями сидит Джон Лорд, все с тем же бокалом. Кажется, он не выпил и половины. В фойе входит полным составом группа Guano Apes — длинноволосые, бородатые, с гитарами. Толпятся у стойки, громко разговаривают, рассматривают всех вокруг. Неожиданно кто-то из них замечает Джона Лорда, замолкает, потом шепчет что-то своему товарищу. Еще через минуту все перестают галдеть и несколько нерешительно посматривают в сторону столика, за которым сидит Лорд. Тот их совсем не замечает. Мало ли, где сейчас встретишь парней с гитарами?

Удивительное время. Жаль, что друзьям из детства об этом уже не расскажешь.


Знаковые партии Джона Лорда в Deep Purple

No No No (альбом «Fireball», 1971)

 

Почти семиминутная композиция, основанная на гитарном фанковом риффе, которому сегодня позавидовали бы и Red Hot Chili Peppers, дает возможность развернуться всем. В том числе и Лорду, который больше минуты играет каноническую джазовую хард-боп-импровизацию, отсылающую к Джимми Макгриффу времен «The Worm».

Space Truckin’ (альбом «Machine Head», 1972)

 Завершающая песня ставшего дважды платиновым в США альбома «Machine Head». Главный рифф играет Джон Лорд, хотя в припеве Ричи Блэкмор добавляет свою гитару, которая напоминает рифф из культовой «Batman Theme», звучавшей в знаменитом сериале «Бэтмен» (1966). И хотя в этой песне нет сольной партии органа, а акценты больше смещены на Йена Пейса с его блистательной игрой на ударных, именно тяжелый «прифузованный» рифф Лорда задает общее настроение. Этот прием в дальнейшем подхватили многие последователи, промышлявшие в области хард-рока.

Rat Bat Blue (альбом «Who Do We Think We Are», 1973)

Тяжелый псевдофанковый рифф из той же области, в какой работали во второй половине 70-х и Led Zeppelin. В этой песне нет сольной партии Ричи Блэкмора, и все музыкальное пространство отдано фантазиям Лорда, который наполняет его впечатляющим сплавом классической музыки и импровизации в стиле Джимми Смита, изрядно синкопированной и утяжеленной.

Burn (альбом «Burn», 1974)

Заглавная песня альбома, записанного уже с Ковердейлом и Хьзом в конце 1973 года и выпущенного в 1974 году. Главный рифф основан на припеве из известной джазовой песни Джорджа Гершвина «Fascinating Rhythm». В сольном куске Джон Лорд сначала демонстрирует напористую блюзовую импровизацию в стиле Джека Макдаффа, заканчивая ее шумовыми возможностями органа Hammond, а потом с легкостью переходит к Баху. Такие построения сольных партий были его фирменным знаком, а на живых выступлениях разрастались до десятиминутных экскурсов с цитатами из Римского-Корсакова и Эдварда Элгара.

 


 


Текст © Valery Posternak/Postertracks 2011, впервые опубликовано в журнале Hi-Fi.Ru №6, июнь 2011 г.
Фото © Lena Avdeeva/PHOTORAMA 2011

 

 

 

 

 

 

 

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal

Запись опубликована в рубрике Интервью с метками . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


− 4 = пять